ул.Щапова, д.27, г.Казань
Татарстан, Россия,
420012

Телефон/факс:
+7 (843) 277-94-02

E-mail: bars@taif.ru
www.taif.ru

Публикации в СМИ о компании "ТАИФ"

Пресс-центр

Публикации в СМИ о компании "ТАИФ"

К списку публикаций

30.05.2005  
  Химический журнал, май 2005 года,  
 

Альберт Шигабутдинов: «Концентрация нашего присутствия на предприятиях Татарстана связана с желанием реализовать новые проекты»


 
  «Таиф»

Альберт Кашафович, в этом году «Таифу» исполняется 10 лет. Планируются ли широкомасштабные празднования?

— Внутри компании мы, конечно же, будем отмечать юбилей. Я думаю, что 10 лет — еще не определяющая дата, это как третий класс в школьном измерении.

В состав «Таифа» входит более 40 предприятий. Является ли «Таиф» открытой компанией? Каков основной источник инвестиций у вашей компании? Это банковские кредиты, привлеченные средства, капитал учредителей?

— Мы используем и привлеченные, и собственные средства: кредиты, займы. Форма юридического лица у нас открытая, мы ОАО, но компания пока непубличная, на фондовых рынках нет наших акций. Информация же о наших дочерних компаниях находится в открытом доступе. Всем известны наши активы и наши процентные доли, например, в «Казаньоргсинтезе» и «Нижнекамск-нефтехиме». После продажи части телекоммуникационного бизнеса основная часть активов «Таифа» сосредоточена в области нефтехимии и нефтепереработки, именно это направление мы на мерены развивать наиболее активно.

Пыталась ли ваша компания привлекать аудиторские компании «большой пятерки», с тем чтобы оптимизировать бизнес?

— О да, мы работали в разное время с «Делойт&Туш», «Эрнст&Янг», «Артур Андерсен», «Прайсвотерхаус» и другими. Нам хотелось узнать, в чем же заключается смысл мировой пятерки, ведь говорят, что они как сам Господь Бог определяют все.
Могу сказать, они много сделали для сближения российского и западного бизнеса. Их неоценимая заслуга в том, что научили российских и зарубежных специалистов понимать друг друга. И это их главное достижение. Но если говорить о запланированных чудесах типа реорганизации бизнес-процессов, то надо признать, что они далеки от российской действительности. Компании, конечно же, пытались давать советы материального характера, но в основном это было связано с западными рынками и в наших условиях малоприменимо.

Альберт Кашафович, сколько часов составляет ваш рабочий день? Как организовано управление в вашей компании, сколько у вас заместителей и сколько базовых направлений в вашем бизнесе?

— Руководство компании работает по 14-16 часов в сутки. Непосредственно мне подчиняются 9 заместителей, у каждого своя сфера отвественности. Из 43 компаний мы собираемся оставить максимум 15, остальные постепенно будут от нас отделяться и работать самостоятельно. Для этого они должны вернуть все проделанные инвестиции и проценты по ним на уровне 4—6 %. У «Таифа» пять базовых направлений — это фондовый и финансовый рынки; нефтедобыча, нефтепереработка и нефтехимия; телекоммуникации; строительство; сфера услуг.

Какие категории бизнеса вы отделяете? И какие безусловно намерены сохранить?

— Мы уже отпустили Казанский опто-во-продовольственный рынок, супермаркет «Меридиан», на очереди еще несколько предприятий. Нам важно, чтобы все секторы экономики были заняты сильными компаниями, которые положительно влияют на развитие экономики РТ, при этом безразлично, кому они принадлежат, за исключением криминала, конечно. Мы продолжим работу в секторе добычи углеводородов, нефтехимии, нефтепереработки, телекоммуникаций и фондового рынка.

«Таиф» расшифровывается как «Татаро-Американский инвестиционный фонд». Как распределены акции внутри «Таифа», сколько процентов составляет американская часть, кто является его основным собственником? Связана ли компания с правительством?

— Нью-Йоркской фирме NKS Trading принадлежит 36,3 %. Мы бы хотели увеличить «российскую» часть и ведем об этом переговоры. Правительство доли в «Таифе» на сегодняшний день не имеет. И в целом «Таиф» это частная компания, акции не выходят на фондовый рынок, поэтому список акционеров конфиденциален. Но то, что компанией владеет и руководит Радик Шаймиев — выдумки, появившиеся в результате политических игр. В действительности он — главный советник генерального директора, акционер, причем не основной, автор, соавтор и участник реализации многих стратегических идей и программ и, кроме того, являясь известным автогонщиком, чемпионом Европы по автокроссу, возглавляет в «Таифе» спортивное движение, связанное с автоспортом, которому мы уделяем большое внимание. Мы считаем, что развитие спорта в республике — немаловажное направление деятельности нашей компании.

Являетесь ли вы сами акционером компании?

— Нет, напрямую не являюсь. Как физическое лицо я акциями не владею. Косвенно — да.

Как распределяется чистая прибыль «Таифа», направляются ли средства на выплату дивидендов?

— На выплату дивидендов идет не больше 15 %, остальное направляется на увеличение активов, поэтому мы так быстро растем.

Что для вас как инвестора является главной угрозой вложения в проект?

— Некомпетентность людей, которые занимаются этим проектом.

Есть ли у «Таифа» долгосрочная стратегия развития?

— Да, нами утверждена стратегия на 15 лет.

Нефтехимия и нефтепереработка

Что для вас значит развивать нефтехимическое направление? Имеется ли в виду приобретение новых предприятий?

— Не совсем. Если мы приходим на какое-то предприятие, мы стараемся усилить на нем свое влияние, прежде всего — увеличить пакет акций. Без этого реально что-то сделать невозможно. Для наращивания производства, оборотов, прибыли, вообще для бизнеса — принципиально важно, чтобы наша идеология была реализована там, куда мы приходим, и концентрация нашего присутствия связана с желанием реализовать новые проекты в нефтехимической и нефтеперерабатывающей отраслях, проекты, которые созданы и просчитаны в нашей компании.

Чтобы в Татарстане приобретать активы крупных предприятий, нужна, безусловно, серьезная поддержка президента и правительства, устоявшаяся система взаимоотношений с другими игроками рынка.

— Действительно, в Татарстане нет предприятий, которые может купить на конкурсе тот, кто «даст больше». Здесь есть политика, но не та, которая связана с властью, а политика экономического характера. Побеждают технологии, в данном случае — ноу-хау, которыми владеют в числе других и наши специалисты. Особое расположение правительства, так же как уважение партнеров или конкурентов, нужно заработать.
Для этого необходима результативная работа, высокопрофессиональные и обязательно собственные эксперты на фондовом рынке, мощная производственно-технологическая служба.

Не секрет, что на пакет акций «Нижнекамск-нефтехима», который вы получили в 2005 году, кроме вас претендовала компания «Татнефть». Но пакет достался «Таифу». Какие дополнительные факторы этому способствовали?

— Думаю, здесь решающую роль сыграло желание правительства увеличить свое присутствие в «Татнефти». Ведь произошла не просто купля-продажа, а обмен, оформленный согласно закону. Как в простонародии говорят, ты мне, я тебе. В обмен на наши более высоколиквидные акции «Татнефти» правительство передало нам акции «Нижнекамск-нефтехима» меньшей стоимости, пресса писала об этом, просто мы не стали данный факт комментировать. Нам пришлось переплатить почти 40 миллионов долларов.

Как складываются ваши отношения с поставщиками, естественными монополиями — «Газпромом», РАО ЕС России и другими?

— Проблемы существуют всегда. Экономическая наука о рыночных отношениях говорит, что монополия — это тормоз развития, она отражается на всех отрицательно, и на нас тоже.
Однако мы считаем, что сегодня Россия не может обойтись без монополии «Газпрома», единственное, она должна быть более детально и эффективно регулируема государством как на благо самого «Газпрома», так и на пользу остальным участникам рынка, а в конечном счете — для благополучия народов России. То, что в Федерации возникает вопрос о негативном влиянии монопольной деятельности в области поставок сырья и энергии, я считаю, связано со злоупотреблениями людей, которые работают в этих монополизированных предприятиях. Чтобы монополия не влияла отрицательно на экономику, она должна быть регулируема государством. В России еще окончательно не сформировалась рыночная экономика, например, отсутствует один из основных механизмов рынка — товарно-сырьевая биржа. Если этот вопрос урегулируется, монополию можно будет называть естественной и сохранять.

Чем, по-вашему, закончится инициатива «Газпрома», направленная на покупку «Ка-заньоргсинтеза», который сейчас по сути является вашим дочерним предприятием?

— Таких предложений от «Газпрома» на сегодняшний день не существует. И поэтому вопрос продажи нашего пакета акций «Газпрому» или «Сибуру» в ближайшее время тоже не стоит. Речь идет о более тесном и взаимовыгодном сотрудничестве.

Как будет происходить дальнейшая концентрация активов на тех предприятиях, где вы уже участвуете? Например, планируете ли вы в ходе запланированной допэмиссии на «Казаньоргсинтезе» увеличить свой пакет акций?

— Подписка на акции из допэмиссии «Казаньоргсинтеза» закрытая, она действенна только для акционеров предприятия. В данном случае эмиссия связана с концентрацией ресурсов для развития предприятия и определением круга акционеров, действительно заинтересованных в дальнейшем развитии ОАО «Казаньоргсинтез» — и ни с чем другим. Мы обязательно примем участие в этом процессе, но не планируем в результате эмиссии увеличения своего присутствия на «Казаньоргсинтезе».

Вы достаточно давно являетесь главным собственником «Казаньоргсинтеза», но относительно недавно вступили во владение крупным пакетом акций «Нижнекамскнеф-техима». Как новый собственник, какие цели вы ставите перед собой?

— Для «Казаньоргсинтеза» была утверждена программа развития до 2009 года, предполагающая завершение шести крупных проектов, что позволит к 2010 году выйти на 1,5 миллиарда долларов товарной продукции и 550 миллионов чистой прибыли. Сегодняшнее развитие рынка показывает, что это были пессимистические расчеты, и эти цифры будут перекрыты.
Сейчас готовится вторая программа по «Казаньоргсинтезу» на следующие 5 лет, а это добавит еще 1,5 миллиарда и 500 миллионов, то есть к 2015 году «Казаньоргсинтез» выйдет на 3 миллиарда продукции и 1 миллиард долларов чистой прибыли.
Нашей первой задачей на «Нижне-камскнефтехиме» станет разработка бизнес-программы на ближайшие 5, 10, 15 лет. После этого будут разрабатываться финансовые схемы по реализации программы. На «Нижнекамскнефтехиме» мы предполагаем к 2011 году выйти на оборот в 3 миллиарда долларов и на 1 миллиард чистой прибыли.

Долги «Нижнекамскнефтехима» составляют около 700 миллионов при годовом обороте в 800 миллионов. Есть ли в ваших планах сокращение кредиторской задолженности предприятия? Будут ли использоваться для погашения долга средства самого «Таифа» или других предприятий «Таифа»?

— Погашать задолженность мы будем, используя комплексный подход, но прежде всего за счет увеличения эффективности работы на самом «НКНХ». У «Таифа» нет таких средств, их необходимо привлекать, а главное, пока нет оперативной возможности понизить кредиторскую задолженность, которая используется недостаточно эффективно. Сначала мы добьемся рационального использования, а потом начнем добавлять. Нам очень тяжело достаются эти ресурсы.

С прошлого года вами ведутся переговоры с «Газпромом» о строительстве на Оренбургском гелиевом заводе установки по выделению этана из газа, которая позволит увеличить выработку этана с 30 % до 90 %. Насколько это дорогое решение и как продвигаются ваши переговоры? Что необходимо предпринять и как скоро ожидать запуска установки?

— Стоимость этого проекта составляет от 35 до 39 миллионов долларов. Нами определены поставщики технологии, финансовые схемы. Сейчас решаются стратегические вопросы. Я думаю, до второй половины 2006 года все проблемы будут решены. Еще год понадобится на монтаж.
А переговоры идут долго, потому что речь идет не только об установке. Обсуждается работа на ближайшие 15 лет, и нужно заранее обговорить все условия, чтобы потом к ним не возвращаться, и установка в общей картине лишь один из небольших элементов.

Каковы собственные планы «Таифа» в области нефтепереработки?

— Мы планируем довести до ума свой Нижнекамский НПЗ в ближайший год и вывести его на 2 миллиарда долларов оборота. Завод первичной переработки нефти (ЗППН) принадлежит ОАО «Та-иф». Некоторые дополнительные установки к ЗППН находятся в собственности ОАО «Татнефть», еще часть — у ОАО «Нижнекамснефтехим». Сейчас договариваемся о строительстве таких дополнительных установок за свой счет в составе второго НПЗ для «Татнефти» и «Нижнекамскнефтехим» с целью их обмена.
Основные усилия направлены сейчас на запуск завода автобензинов, который принадлежит «Таифу» и станет выпускать высококачественные автомобильные бензины и сырье для производства каучуков «Нижнекамскнефтехима», а также завода по переработке газового конденсата, который будет производить прямогонный бензин и дизельное топливо для этиленовых производств «Нижнекамскнефтехима».

Исследовали ли вы рынок сбыта для продукции новых заводов? Ведь этот рынок уже освоен — автомобили в России не стоят из-за того, что нет бензина. Скажем, есть ли в ваших планах строительство сети автозаправок?

— Уверен, что проблем с реализацией у нас не будет. Если товар биржевой, то он всегда имеет сбыт. Свои заправки мы строить пока не собираемся.

Инвестиции и финансы

Каково ваше отношение к совместным предприятиям? В республике уже существует несколько СП, считаете ли вы, что нужно развивать успех в этом направлении?

— Мы с вами вкладываем разное значение в понятие «совместное предприятие». Любое акционерное предприятие уже и есть СП, потому что несколько акционеров владеют акциями совместно и отстаивают на собрании свою позицию. А уже то, русский, татарин, японец или кореец выступает в роли акционера, имеет второстепенное значение.
Этот бизнес не имеет ни границ, ни национальностей, там единственные критерии — объемы получаемой прибыли для нас и налогов для государства.

Что вы знаете об успехах недавно образованной «Татарстано-Корейской нефтехимической компания»? Почему замер этот проект?

— В целом идея создания этой компании конструктивная, у проекта большие перспективы. Но пока стороны не могут согласовать ряд принципиальных позиций, и поэтому работа не идет.
Уже объявлено, что в Татарстане должно перерабатываться 14 миллионов тонн нефти. 7 миллионов уже есть, 7 миллионов предстоит освоить именно в этом проекте. Думаю, что всеми участниками процесса будут предприняты активные усилия в самое ближайшее время, потому что иначе в нефтехимии может наступить целевой кризис.

Если говорить об инвестициях по республике в целом, какой из освоенных в Татарстане инвестиционных механизмов вы считаете наиболее эффективным?

— Наиболее эффективными считаю реинвестиции, вкладывание получаемой прибыли для дальнейшего развития. Если сравнивать кредиты, выпуск акций, облигаций, то это равноценные средства.

Можете ли вы сказать, что необходимо увеличение притока западных инвестиций в Россию или Республику Татарстан?

— Именно с этим в Татарстане проблем нет. У нас много предложений по кредитам, схемы эти отработаны и список партнеров установлен. По моему мнению, большей проблемой является освоение уже привлеченных инвестиций и возврат заемных средств. Раньше была проблема: у кого бы что-нибудь занять, а сегодня пришло время возвращать, оставив у себя эффективные производства.
В целом по России снижение объема инвестиций связано, прежде всего, с неэффективностью использования привлеченного объема.

Что вы можете сказать о различии между деньгами западных и российских банков? Стали ли кредиты дешевле именно для вашей компании?

— Российские и западные кредиты на первый взгляд серьезно отличаются по стоимости, но когда начинаешь подводить общий итог: комиссия, вознаграждение, обслуживание и т. д. — получается, что российские кредиты дороже только чуть-чуть. Много расходов остается за кадром, а потом они предъявляются.
В последнее время мы оформляем российские кредиты по ставке 10 %. Но мы и аффилированные с нами предприятия раньше успели взять дорогие кредиты, ставка по которым 12 %, а иногда и более, и мы вынуждены их возвращать на таких условиях. Мы, естественно, перекредитовываемся, закрываем линию в «дорогом» банке, и в результате сами банки, из которых мы уходим, просят, чтобы мы остались, и снижают ставку кредита. Это стало уже повседневной работой для нас, и в итоге средний процент по кредитам приближается к 11.

Почему в России банковские кредиты, займы предприятия предпочитают выходу на IPO? Почему химические предприятия не спешат на фондовый рынок?

— Потому что и западный, и столичный российский рынки недооценивают российскую химическую и нефтехимическую промышленность более чем в 5-15 раз, и если предприятие сегодня выйдет на биржу, то сможет продать акции на порядок ниже их реальной стоимости. Среди представителей инвестиционного бизнеса сохранилась инерция прошлых лет, они хотели бы по дешевке скупить нефтехимию и нефтепереработку. Тем временем, российские менеджеры химического сектора стали более грамотными и стараются этого не допускать.

Может быть, дело в недоинформированности западного рынка — портфельные инвесторы незнакомы с текущей ситуацией в нефтехимии? Или же они не доверяют организации бизнеса в России и не верят, что прибыль будет направлена на дивиденды.

— Чтобы рынок был осведомлен о ваших успехах и заслугах, нужно жестко, планомерно, ежечасно, ежедневно, работать со всеми потенциальными инвесторами, банками, фондами.
Существует огромное количество вопросов касательно участия иностранного капитала, но это отдельная тема, в которую мы не будем сейчас вдаваться. Могу сказать только, что западные компании и западные страны используют различные механизмы давления, чтобы не допустить роста и не дать настоящей цены за акции российских предприятий. В том числе поэтому присутствие западных компаний на российском рынке невелико. Считаю, что интеграция и увеличение западных инвестиций стране необходимы, но движение должно быть встречным, и наша задача — грамотно организовать этот процесс.